Кот Мажор аккуратно доел свой ужин и умывался лапами, когда Алиса уютно устроилась рядом с ним на диване с книжкой в руках. Умывшись, Мажор затеял ловлю своего хвоста. В процессе охоты он стянул шерстяной плед с её ног и Алиса потянулась поправить, подоткнуть. Из-под дивана неожиданно и деловито вылезло маленькое существо размером с котёнка. Буднично почесав бороду и разгладив карманы на ветхой рубахе, крошечный старичок-боровичок ловко залез на диван и присел рядом с котом. Мажор флегматично смотрел прямо на существо, лишь слегка подрагивая хвостом. А вот Алиса не могла даже пошевелиться, застыв с протянутой рукой. Домовой. Врасплох. Автор Вячеслав Викторович Алатырский Старичок вскользь обернулся на Алису и ойкнул, подпрыгнув. Совершенно исчез и тут же возник ещё ближе, уставившись круглыми, как блюдца, глазами на пол-лица прямо в ошарашенное лицо Алисы. Слегка помахав ручонками перед её носом, он убедился, что Алиса его видит, и запричитал: — Ой, горе, горе ты луковое! Видишь меня? Что за напасть на мою голову! Беда, беда, нехорошее огорчение! — Ты кто? — выдавила из себя Алиса. — Видит, что ты будешь делать… Нехорошие дела совсем, совсем! Старичок слез с дивана и ловко запрыгнул на журнальный столик напротив. Уселся рядом со стопкой книг, свесил ноги и облокотился на книги, подперев подбородок рукой. Покачал головой, осуждающе глядя на Алису. — Ну как кто? При тебе вот живу тут. Присматриваю, то да сё. Забочусь! С малых лет. С горшка, получается. Нет, ещё раньше. Алиса осторожно села, скинув плед. Мажор по-прежнему флегматично смотрел на существо, болтающее ногами на журнальном столике. А старичок добавил, заботливо: — Ты это, чаю хочешь, а? Давай заварим, раз такое дело, а? Алиса молча кивнула. — Ну так чего сидишь, иди чайник ставь! — и старичок испарился. Из кухни тут же донёсся его хрипловатый голос: — Я уже тут! Алиса вошла на кухню — он сидел на подоконнике, рядом с цветком. Совсем нестрашный. Она подошла и хотела прикоснуться, но рука прошла сквозь бесплотное тело. — Щупать будешь? Это вряд ли, вряд ли! — скрипуче засмеялся старичок. — Имя у тебя есть, домовой? — Зови меня домовой, раз так хочешь. — А почему я тебя впервые вижу, раз ты давно тут? — Люди и не видят домовых. Не видят. Зачем видеть? Не нужно видеть. Мы сами всё видим. — Так почему я — вижу? — Это из-за ребёнка, который в тебе. С ним эти, тьфу ты! Тьфу ты! Черти! — Какие ещё черти? Что с ним не так? — Алиса нахмурилась. — Горе ты луковое, всё с ним так, чаю вот лучше выпей, чаю! Сама скоро увидишь. — Что за черти с моим ребёнком? — уже строго спросила. — Обычные черти, тьфу ты! И ребёнок, как ребёнок. Далеко пойдёт! Ты чай-то пей. — А домовой у всех есть? Домовой захихикал: — Не у всех, уже поверь. Чертей зато полно! Полно! Шастают туда-сюда… — А случай с мотоциклом? Ты знаешь? — Я всё вижу! Всё вижу! А черти-то как разошлись после того, разбушевались! Ничего, будет им наука. Неповадно будет! — Что за черти-то? Не понимаю. — А и не надо! Сама всё увидишь! Сама! А спать-то иди, утро вечера мудренее! Что ты смотришь, как на нового щенка? Не денусь никуда, не денусь! Вот горе луковое! — и домовой совсем исчез, как будто нырнул в подоконник. Алиса погладила пришедшего на кухню Мажора и, посадив на колени, сказала задумчиво: — Вот ты всё знал про домового, и молчал! Как ты мог? Мажор лишь зажмурился и заурчал. начало продолжение